Викканские Свитки

Карл МакКолман. Страдание и проблема зла в язычестве

Вопросы, касающиеся языческого ответа на страдание и зло лучше рассматривать по отдельности, хотя они и связаны друг с другом. Страдание или опыт боли (физической или эмоциональной/душевной/духовной) представляет собой неотъемлемую часть проживаемой нами реальности, тогда как зло является абстрактной (метафизической) концепцией. По причине такого различения, многие в сообществе современных язычников по-разному рассматривают проблему страдания и вопрос о зле. Страдание есть часть жизни. В равной степени часть жизни – утраты, старость, болезни и смерть. Проще говоря, страдание – часть природы. Мы, люди, не можем искоренить страдания – так же как мы не можем отменить закон притяжения, и метафизические объяснения и споры о страдании только отвлекают нас от нашей настоящей задачи, которая заключается в том, чтобы находить способы предотвратить ненужные страдания и минимизировать или облегчить те, которые приходят.

44596_900Зло, которое можно определить как метафизический принцип, являющийся причиной страдания или вреда, более проблематично, чем страдание, поскольку, если существование страдания можно четко зафиксировать, существование зла, как и всякого метафизического принципа, зафиксировать невозможно. Таким образом, существование зла есть вопрос веры, а у язычников нет обязательных для всех пунктов веры. Поэтому, в то время как некоторые язычники могут выбрать веру в существование таких метафизических принципов как добро и зло, другие утверждают, что подобные принципы бесполезны и даже вредны, например, если они используются для того, чтобы несправедливо нападать на других и очернять их. Многие язычники предпочитают такие термины как «позитивное» и «негативное» или «порядок» и «хаос» в качестве замены категориям «добра» и «зла», которые, по их мнению, слишком нагружены иудео-христианскими представлениями, чтобы их можно было использовать продуктивно.
Тем не менее, терпимость языческого сообщества позволяет приверженцам язычества самим формировать свое мнение о существовании зла и искать ответ на проблему зла.
Существует зло в качестве метафизического принципа, или не существует, существуют или нет существа или сущности, воплощающие зло – все это вопросы личной веры. В мифологиях мира действительно очень много персонажей, в той или иной степени воплощающих зло: в ирландской мифологии это Балор, в иудейской и христианской – Сатана, в персидской – Ахриман, в египетской – Сет, в скандинавской – Локи. Важно понимать, что не все из этих мифологических фигур воплощают идею зла одинаковым образом – так, если Сатана воплощает собой чистую злонамеренность, то, например, Локи, просто морально неоднозначный персонаж: он может быть злонамерен, но часто просто привносит хаос и раздор в упорядоченный мир.

Вне зависимости от мифологии зла или философских споров о нем, страдание и ущерб продолжают быть частью реальности. Поскольку эти явления происходят в натуральном, естественном, природном мире, любой ответ на них также должен быть найдет в сфере естественного, натурального и природного. Это не отменяет духовного или метафизического ответа на страдание; но многие язычники сочтут исключительно духовный ответ на естественную проблему недостаточным. Нет смысла читать заклинание над истекающим кровью человеком, если ты сперва не перевязал ему рану. Таким образом, хотя во многих языческих традициях существует множество заклинаний, ритуалов или молитв, призванных облегчить страдание или справиться с ним, подобные средства будут задействованы только после более «мирских», не-духовных мер по решению проблемы. Хотя многие современные язычники критично настроены по отношению к стандартной медицине и могут выступать приверженцами ряда альтернативных целительных практик, большинство язычников признает, что необходима комбинация традиционных и альтернативных методов, в особенности, в серьезных, угрожающих жизни случаях (например, было бы неверно лечить сильные боли в груди практиками, подобными Рэйки; пациент, жалующийся на подобные боли должен пройти обследование у квалифицированного врача, чтобы проверить подозрение на проблемы с сердцем).

Как же те, кто отвергает идею зла, объясняют существование боли и страдания? Многие просто говорят, что они часть природы, и вопрошать о том, почему они существуют, не так важно, как искать стратегии помочь справиться с ними, когда они придут.
Как бы ни реагировать на страдание – естественными или духовными средствами – язычники вольны делать это по собственному выбору. В чисто натуралистическом ключе боль и страдание являются маркерами состояния, которое требует перемен, будь то перемены через исцеление, устраняющее причины страдания, или, в предельном случае, через смерть. Даже когда человек добровольно принимает на себя страдания (как, например, когда кто-то отказывается от личных амбиций, чтобы ухаживать за престарелым родственником), само по себе страдание может получить смысл только если оно принимается с целью служения ясно осознаваемому большему благу (в данном случае, это благо заботы о других). Не существует догмы или верования о том, что страдание – это всегда плохо, и, наоборот, что оно благородно и добродетельно. Всякий случай страдания должен оцениваться исходя из его собственной природы, будь то проблема, которую необходимо решить срочно или жертвенный акт, свободно воспринятый ради служения высшему благу. Большинство язычников согласится, что перенесение страданий не является добродетелью само по себе, и что боль следует облегчать в тех случаях, когда это возможно.

Источник: http://www.patheos.com/Library/Pagan/Beliefs/Sufferin..

Пер.: Гарсиа

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *